яхты

1887

Е. Н. Голиков

По свидетельству современников, в ту пору Николаев был в сущности большой благоустроенной деревней с 84-мя прямыми широкими улицами общей длиной 123 км, из них 85 км было вымощено гранитным щебнем, с 8-ю тысячами зданий, с большим количеством света и воздуха, с постоянным признаком – вечными ветрами, резкими и холодными осенью и зимой, горячими и знойными летом.

Город по своему местоположению находился в благоприятных условиях для существования в нем морского спортивного клуба, благодаря окружающим его с трех сторон двум судоходным рекам – Южному Бугу и Ингулу, почти не имеющим мешающего плаванию и управлению парусным судном течения, и по которым можно совершать дальние, продолжительные плавания.

Пожалуй, еще долго бы не зародился в Николаеве яхт-клуб, если бы не адъютант главного командира Черноморского флота и портов лейтенант флота Евгений Николаевич Голиков, задумавший объединить всех городских любителей водного спорта.

В 1886 году Голиков попросил Московский и Воронежский речные яхт-клубы прислать уставы клубов и тщательно изучил оба экземпляра.

И вот в местной газете «Южанин» появилась небольшая статья, в которой в общих чертах делался намек на возможность основания в городе яхт-клуба с указанием места и времени собрания желающих стать членами речного клуба.

12 августа в летнем морском собрании в половине седьмого вечера (даты приводятся по старому стилю) состоялось первое заседание. Собралось более 30-ти человек.

Выступая перед собравшимися, Е. Н. Голиков разъяснил, что для начала, имея только 50 лиц, изъявивших желание поступить в члены яхт-клуба, нет необходимости ни в помещении клуба, ни в шлюпочном сарае, поэтому вся первоначальная сумма взносов может быть употреблена на осуществление прямых целей спорта, то есть на постройку к весне трех или четырех прогулочных шлюпок одного типа, на которых можно было бы устраивать гонки, как на веслах, так и под парусами, а это оправдает назначение яхт-клуба.

Собрание избрало комиссию, в которую вошел и Голиков, для составления проекта устава (за основу взяты уставы Петербургского, Московского, Воронежского, Севастопольского и Одесского яхт-клубов), определило, что при вступлении в общество действительные члены платят единовременно 5 рублей и за годовой билет – 10 рублей, и что кандидат должен быть рекомендован двумя членами, после чего комитет мог выносить окончательное решение о приеме.

Газета «Южанин», давая краткую заметку об этом заседании, закончила ее следующими словами: «Можно искренне пожелать полного успеха этому делу. Учреждение яхт-клуба в нашем городе, портовом городе при большой реке, представляющей все удобства для морского флота, учреждение, развивающее стремление к морю и службе на нем, должно было бы совершиться ранее, чем, например, в Москве или Воронеже».

22 декабря в летнем морском собрании состоялось второе заседание приверженцев яхт-клуба. Собралось всего 18 человек. Они избрали председателем временного правления контр-адмирала Попова и 8 членов комитета, в числе которых был и Е. Н. Голиков, а также казначея клуба.

Вновь избранный комитет тут же обсудил и решил намеченные на первом (12 августа) заседании вопросы: избрал, а собрание утвердило, временным секретарем яхт-клуба Е. Н. Голикова, зачитал представленный комиссией проект устава и внес в него предложенные изменения. Собрание утвердило устав и постановило открыть прием членов в яхт-клуб. Временное правление, направив устав на утверждение Морского министерства, тотчас же приступило к фактическому осуществлению уставных положений.

В тот период парусный спорт повсеместно развивался так, что круг яхтсменов был небольшим. Главным ограничителем выступали имущественные возможности любителей. Лицам, увлекавшимся групповым парусным спортом, необходимы были суда быстроходные и изящные, отвечавшие требованиям моды и правилам морского этикета. Парусный спорт требовал дорогостоящего снаряжения. Это становилось серьезным барьером для тех, кто кроме желания плавать, ничем больше не располагал. Бедный человек, если его привлекали паруса и плавания, мог в лучшем случае пойти обслуживать яхты в качестве «палубных рук» (так и делали парни с николаевских слободок). Поэтому парусный спорт был развлечением прежде всего состоятельных людей. В то же время, денежный взнос был приемлемым для многих горожан. Членами яхт-клуба были владельцы магазинов, мельниц, чиновники, преподаватели учебных заведений, врачи, инженеры, служащие, дворяне и мещане, лица разных национальностей и вероисповеданий. Это свидетельствует о том, что был сделан большой шаг вперед по пути демократизации парусного спорта.

Можно с уверенностью сказать, что большую роль в становлении яхт-клуба сыграла личность его основателя. Евгению Николаевичу принадлежали яхта «Досуг», четверка «Авось» и буер «Бриз». Голиков был не только влюбленным в парусный спорт офицером флота, но и человеком настойчивым, обязательным. Эти качества Евгения Николаевича были по достоинству оценены в яхт-клубе и командованием флота. Он избирался членом гоночной комиссии, начальником гавани, членом комитета, секретарем и командором клуба. Морское министерство по ходатайству Голикова субсидировало некоторые начинания яхт-клуба. Быстро рос общественный и частный парусный и гребной флот.

О высоком чувстве долга Е. Н. Голикова можно судить по такому факту. Когда ему послали приглашение в Севастополь, по месту его новой службы, с просьбой прибыть на торжество по поводу постройки здания яхт-клуба, Евгений Николаевич ответил телеграммой: «Служебные обстоятельства лишают меня возможности лично приветствовать развитие дорогого яхт-клуба и принести искренние пожелания. Благодарю за постоянное внимание командора и представителей общества». За свои заслуги Е. Н. Голиков был избран почетным членом клуба. Здесь он любил проводить свой отпуск.