яхты

1915

М. А. Субботин

Начавшаяся в прошедшем году Первая мировая война ограничила деятельность яхт-клуба. Много спортсменов-гонщиков было мобилизовано в армию и флот. Гонки хотя и проводились вплоть до 1917 г., но уже с меньшим количеством участников и не столь регулярно. Но организация их не изменилась.

За несколько дней до очередных соревнований вывешивался на видном месте план гонок. Желающие соревноваться на общественных судах члены клуба лично в 7 час. 30 мин. вечера дня, предшествовавшего гонке, должны были явиться в помещение яхт-клуба для «жребеметания». Судно до окончания гонок находилось в единоличном распоряжении лица, получившего его по жребию. Если рулевой не участвовал в состязании без уважительных причин, он лишался права соревноваться на общественных судах в течение всего сезона.

Судовладельцы об участии их судов в гонках должны были подавать письменные заявления в гоночную комиссию не позднее, чем за сутки до начала соревнований, или в начале сезона – одно на все состязания.

Заявки на гребные гонки подавались не позднее, чем за двое суток до их начала.

На соединенные гонки рулевые избирались голосованием на собрании лиц, объявленных опытными в управлении судами.

Для участия в прогулке на общественном судне требовалась заявка, которая заносилась в специальную книгу, лежавшую на видном месте под балконом. Каждый, открыв ее, мог узнать: когда, какое судно и кем будет занято до жеребьевки перед очередной гонкой.

По соседству с яхт-клубом функционировала школа плавания.

2 августа, в воскресенье, там был проведен платный Праздник пловцов.

20 сентября, после спуска флага, школа была закрыта до следующего лета. В истекшем сезоне в ней обучалось плаванию более 300 человек, из которых 17 получили звания магистров, кандидатов и инструкторов плавания для флота. Всего посещений было 8650. Предполагалось на будущий год значительно расширить школу постройкой новой раздевальни, ввести преподавание шведской гимнастики, проводить игры на воздухе. В школе в то время учились плавать или совершенствовали свое мастерство многие будущие замечательные спортсмены Николаева.

Была там 10-метровая вышка, два трамплина, бассейн для начинающих. В масштабах школы организовывались дальние заплывы, проводились соревнования. Культивировалось водное поло. Учителем плавания был В. Баранов, ему помогали А. Циммерман, Ю. Квицинский, Б. Константинов и другие. Многие ученики школы бывали в яхт-клубе.

Это был чудесный уголок. Его расположение в самом живописном месте, красивое, величественное здание, украшавшее весь ландшафт, особенно его вид с реки, – всё, что было расположено на территории клуба, оставляло неизгладимое впечатление. При входе в яхт-клуб с теперешней улицы Спортивной, слева обращал на себя внимание сад с декоративными деревьями, кустарниками и множеством красивых цветов. Для ухода за садом была учреждена должность заведующего садом, которому подчинялся садовник.

Лестницы-спуска к берегу не было (она построена позже, в 20-х годах). Сходили прямо по косогору, по дорожке. Справа внизу находилась спортивная площадка с трапецией, кольцами, канатом для лазания, качелями, «гигантскими шагами» для четырех человек. Под самой горкой, на специальной площадке, называемой кегельбаном, играли в крокет и городки. Дальше, справа по берегу, был теннисный корт, огороженный высокой сеткой. Слева от корта стояли параллельные брусья для гимнастических упражнений и стол для настольного тенниса. Высокая береговая мачта с реей и флюгером наверху, показывающим направление и силу ветра, до сих пор придает яхт-клубу морской вид. Впереди перед мачтой был причальный мостик для яхт и перевозочных шлюпок.

В кают-компании стоял рояль. В комитетской комнате, в большом шкафу из красного дерева под стеклом хранились призы.

На первом этаже располагались судовые сараи и кладовые, а также командное помещение, в котором зимой устраивалась обогревалка для конькобежцев и буеристов. В ящики-шкафчики можно было положить личные вещи и закрыть их на замок.

Справа от здания находился судовой сарай с террасой. Слева, на границе с соседней дачей, было еще два строения. Вверху возле ворот стояла верхняя мастерская, в которой строились яхты. Рядом с ней стояло устройство для пропаривания леса перед гнутьем – большой герметический медный цилиндр и паровой котел. В расположенной у самой кромки воды нижней мастерской ремонтировались и хранились суда. На участке между мастерскими был вырыт глубокий ледник для хранения продуктов буфета и столовой, и стоял маленький домик, в котором жил матрос яхт-клуба Спиридон Кустенко с семьей. О его внучке, чемпионке СССР Галине Николаевне Шепетухе будет рассказано дальше.

На берегу перед главным зданием были врыты в землю старинные чугунные пушки большого калибра. С их помощью вытягивались, после замачивания, канаты для снастей (бегучий такелаж).

На рейде стояло на мертвых якорях много яхт. У кромки воды лежали на песке прогулочные шлюпки-двойки. На ночь они подтягивались выше на берег. Ежедневно, по команде боцмана яхт-клуба Макара Казаченко, на мачте утром поднимался, а вечером спускался флаг. Матросы (кроме подвахтенных) выстраивались по стойке «Смирно», а присутствовавшие при этом члены и гости клуба вставали и снимали головные уборы.

В изданной в том году «Лоции Черного моря» Николаевский яхт-клуб по-прежнему находился на реке Ингул и имел только шлюпочный сарай и пристань. Яркий пример твердолобости царских чиновников, издававших важные документы с устаревшими сведениями 20-летней давности.

Вернемся к яхт-клубу на Южном Буге. В те годы в верхней мастерской трудился мастер-шлюпочник Михаил Андреевич Субботин.