яхты

Голяк Фёдор Васильевич

Упоминается в

Фёдор Васильевич родился в Киеве в 1930 году. У отца была разъездная работа, поэтому до начала Великой Отечественной войны Голяки жили в Белой Церкви, Виннице и Житомире, в июле 1941 г. эвакуировались в город Реж Свердловской области. В школе учился хорошо и за прилежание даже был отмечен в городской газете. Навсегда запомнил эшелон, в котором ехал под бомбежками подальше от линии фронта, тяготы и лишения военного времени. Не желая носить немецкое имя Альфред, в 1941 г. сменил его.

В 1944 г. мать и сын вернулись в освобожденную Белую Церковь, жили вместе с родными отца в очень стесненных условиях. По семейным обстоятельствам Фёдор вынужден был уйти из школы. Продолжал заниматься самостоятельно, экстерном сдал экзамены за 7-й класс. С целью попасть на флотскую службу в 1946 г. уехал в Севастополь, и был оттуда направлен в Школу юнг, которая располагалась в Кронштадте. Был он в то время небольшого роста (155 см), весил 45 кг. В учебном отряде Балтийского флота постиг сигнальное дело. В 1948 г. Фёдора Голяка направили на боевые корабли. Он был сигнальщиком на эсминце «Отличный», учебном судне «Свирь», крейсере «Чкалов», в отряде спасательных кораблей, участвовал в разминировании Финского залива, видел и трагические случаи. В одном из стихотворений (сочинял их «для себя») написал:

«Вокруг Кронштадта – тральщики.
На них детишки – юнги-мальчики.
И помнятся (как будто бы во сне)
Товарищи на дне…»

Демобилизовавшись, сделал попытку поступить в Ленинградское арктическое училище, но не сдал экзамены. Вернулся в Белую Церковь, работал на городском почтамте телеграфистом, токарем на ремонтно-механическом заводе, учился в 8 классе. Сдал экзамены в Херсонское мореходное училище, но не прошел медицинскую комиссию. Поступил в Херсонский судомеханический техникум. Отучился два курса на механическом отделении и попутно окончил среднюю вечернюю школу. В 1951 г. поступил на кораблестроительный факультет НКИ. С 1957 г. работал на заводе им. 61 коммунара помощником мастера, мастером, перешел в проектную организацию – конструктором, ведущим конструктором. Как специалист по изоляции, работал на заводе «Океан» в период постройки там рудовоза «Зоя Космодемьянская» и головного траулера типа «Горизонт». Свободное время проводил на яхтах.

Спортом Ф. В. Голяк регулярно занимался с 1946 г. Увлекался гимнастикой, плаванием, боксом, легкой атлетикой, греблей, лыжами. Еще в Белой Церкви оборудовал во дворе перекладину и другие спортивные снаряды. В 1949 г. познакомился с парусом. Летом 1950 г. совершил первое плавание на яхте по маршруту «Херсон – Севастополь – Херсон», за что был награжден Грамотой обкома комсомола. Участвовал в гонках, был призером и победителем городских, областных и республиканских соревнований.

Но настоящей его страстью стали дальние спортивные плавания (ДСП), в которых он проводил все отпуска. Фёдор Васильевич свободно переговаривался с кораблями и постами связи с помощью флажных и световых сигналов. Всегда ставил перед экипажами конкретную цель: на практике ознакомиться с системами ограждения, закрепить навыки передачи сигналов семафором, изучить методы определения места судна по различным признакам, глубже познать устройство яхты, навигацию, лоцию и такелажное дело.

Опасные ситуации складывались нередко, но всегда благополучно разрешались. В одном из плаваний в течение 4,5 часов шквал дважды налетал на яхту. Ветер усиливался до 7 баллов. Проливной дождь слепил глаза. Матрос В. Шевченко, работая с парусами, оступился и выпал за борт, но тут же был подобран. В судовых документах, которые оформлял Фёдор Васильевич, капитаны яхт непременно назывались командирами. По-морскому устанавливались наказания: кроме замечаний, выговоров применялось и лишение увольнения на берег (чаще всего за опоздания на судно при посещении портов). Разгильдяйства он не терпел, неукоснительно требовал выполнения приказов и соблюдения распорядка дня.

Вот дальний поход почти завершен. От якорной стоянки на Волошской косе до Николаева рукой подать. Можно было бы и немного расслабиться. Однако не таков Фёдор Васильевич. Рано утром, после подъема, физзарядки и завтрака – большая приборка: тщательная очистка и помывка наружных бортов, трюмов, кают, просушка парусов и снаряжения. Затем общее собрание, подведение итогов плавания с похвалой и замечаниями.

На берегу сразу же приступал к письменному отчету, не забывал давать личную характеристику каждому участнику похода. «Рулевой 1-го класса, помощник командира. С обязанностями справлялся успешно, дисциплинирован. Хорошо зарекомендовал себя при практическом изучении лоции района плавания. Впредь может назначаться в подобных плаваниях помощником командира или командиром». – Такую оценку он дал 20-летнему студенту НКИ Боре Немирову. И Фёдор Васильевич не ошибся: Борис Степанович провел вокруг света первую советскую яхту.

Ф. В. Голяк был лучшим в республике специалистом по ДСП. Он первым среди николаевских яхтсменов сделал крейсерские походы главной своей целью. И они всегда носили спортивный характер, а не превращались в экскурсии по берегам Крыма и Кавказа. Фёдор Васильевич придал плаваниям новый стимул: каждый раз ходить дальше и дальше. Ему первому на Украине было присвоено звание мастера спорта СССР по дальним спортивным плаваниям.

Он предлагал, по аналогии с туризмом и альпинизмом, проводить чемпионаты СССР по ДСП, созвать Всесоюзный семинар яхтенных капитанов, мечтал о зарубежных рейсах и кругосветке. Об этом Ф. В. Голяк вел переписку с активистом дальних спортивных плаваний из Ленинграда В. А. Ивановым, председателем Всесоюзной комиссии по ДСП при Ленинградской парусной секции Ю. М. Серебряковым, представителем украинской федерации Решетниченко и москвичами Н. И. Адамовичем и Б. Б. Лобачем-Жученко – членами Всесоюзной парусной федерации.

Фёдор Васильевич вел большую работу в бюро областной парусной секции, был членом квалификационной и судейской комиссий, избирался председателем городской технической комиссии, назначался общественным тренером. Им подготовлена плеяда опытных капитанов. Часто его привлекали к судейству парусных соревнований. Когда в яхт-клубе встал вопрос, кому ответить на письмо из Чехословакии, выбор пал на Голяка.

«Мы, также как и вы, считаем, что необходимо крепить дружеские связи между нашими народами, так как мы идем одной дорогой, движемся к одной цели и поэтому от души согласны с вашим предложением о переписке и обмене опытом работы в спорте», – писал он руководителю парусной секции в г. Высоке Мыто Олдриху Мотоушеку. Подробно остановился на организации занятий, тренировок и соревнований. В одном из писем рассказал о лучших николаевских яхтсменах. «Занятия спортом они успешно сочетают с работой на производстве и учебой. Клара Величкина – студентка-отличница, Валя Воробьёва – один из лучших рационализаторов завода, того самого, который построил наибольшую в мире китобойную базу «Советская Украина»; Анатолий Дегтярь – непосредственный участник этого строительства». – И в этих словах чувствовалась гордость за своих товарищей. Последние письма писал на чешском языке, пользуясь словарем.

Во всей его деятельности прослеживается цельность натуры, любовь к морю, стремление не замыкаться в обыденности. Он увлекался фотографией, собрал хорошую библиотеку по яхтам, судостроению и художественных произведений.

Фёдор Васильевич много заботился о других, и не думал о себе. Особенно в молодые годы. А ведь уже тогда в той или иной степени начало сказываться военное детство. Удручающе на него подействовали неудачная женитьба и утрата связи с сыном. Болезнь прогрессировала. В этот период он очень боялся быть обузой для родных. При улучшении самочувствия собирал волю в кулак, упорно пытался физкультурой и другими мерами повысить тонус жизни. Даже сдал нормы ГТО на золотой значок. Но болезнь не унималась, его перевели на сокращенный рабочий день, он замкнулся в себе.

В 1975 г. вследствие тяжелого недуга не стало одного из самых добросовестных тренеров, судьи республиканской категории, опытного морехода, трудолюбивого, сильного и высоконравственного человека*.

О Ф. В. Голяке см. также очерк М. В. Григорьева на с. 450 первой книги «ЯХТКЛУБ».